Андрей Швальбе Есть вопросы? Свяжитесь со мной.

О бычьих и медвежьих рынках



 

бычий и медвежий рынок

 

Пролог. Одного известного финансиста несколько десятилетий назад спросили: «как поведет себя фондовый рынок»? «Он будет колебаться» — хмуро ответил Морган.

 

Как ведут себя фондовые рынки?

В каждой шутке есть доля шутки. Для начала вспомним, что одно из принципиальных отличий фондового рынка от валютного состоит в том, что его общая долгосрочная тенденция направлена вверх (в другой терминологии: фондовый рынок имеет положительное математическое ожидание) — хотя этот путь вверх сопряжен со множеством колебаний и порой очень длинными застоями на протяжении ряда лет. Вот один из возможных способов отображения доходности рынка США за последние 120 лет:

 

индекс Доу-Джонса

 

При этом отдельные акции (порой даже очень крупных компаний) могут как подниматься, так и падать гораздо сильнее рынка. Иногда они и вовсе могут обесцениться в результате банкротства — как это было, например, с крупнейшей энергетической компанией Enron Corporation, ставшей банкротом в 2001 году. Через семь лет в разгар мирового финансового кризиса такая же судьба постигла банк с более чем 150-летней историей (Lehman Brothers Holdings). Однако эти факты, а также требование большого терпения от отдачи фондового рынка наводнили его множеством спекулянтов, которые в той или иной степени «гоняют» котировки отдельных акций и даже целых индексов (на что есть такие инструменты, как фьючерс на индекс или индексные ETF) вверх и вниз относительно рыночной кривой (работы бизнеса), налагаясь на ее результаты. На спокойных рынках такое влияние обычно не сильно заметно и как броуновское движение в течение дня близко к нулю — но в периоды сильной волатильности все иначе. Страх инвесторов способен уронить котировки куда больше, чем сам экономический кризис, а воодушевление способно загнать их на те высоты, которые и рядом не стоят с реальными возможностями компании.

Некоторое время назад я подробно описывал историю американского рынка. В этой статье я предлагаю взглянуть на его чуть по-другому, а именно в разрезе периодов бычьих и медвежьих рынков:

 

бычьи и медвежьи циклы

 

Итого представлено почти 90 лет истории, причем начинается она менее чем за 4 года до Великой Депрессии — и поэтому в ней лишь частично отражен сильнейший бычий рынок США 1921-29 года. Скорее всего, рост примерно половины этого 8-летнего срока соответствовал реальному сильному развитию страны, однако ближе к краху все больше людей начало подключаться с системе «легких денег», что начало приводить к неоправданной переоценке акций и стало причиной глубочайшего падения, сравниться с которым может разве что падение индекса NASDAQ в 2000-2002 годы.

И тем не менее из графика очевидно следуют две вещи:

 

  • периоды бычьих рынков были заметно длиннее (почти в 3 раза) по времени, чем медвежьи;

  • доходность в периоды бычьих рынков была почти в 4.5 раза больше, чем в периоды падения

 

Справедливости ради стоит отметить одно важное обстоятельство: для выхода «в ноль» доходность при росте должна превышать доходность при падении. Представим, что некоторый актив стоил 20 условных единиц и упал в цене на 50% (т.е. стал стоить 10 единиц). К чему приведет новый рост на 50%? Только лишь к цене в 15 единиц, поскольку рост на 50% отсчитывается уже от новой, пониженной стоимости. Чему же должен быть равен рост для возвращения в ноль? Актив должен вырасти на 100%. Данная взаимосвязь может быть представлена следующей диаграммой:

 

просадка и рост котировок

 

Т.е. чем больше просадка, тем больше должна быть последующая доходность. Однако за 200 лет американского рынка он только раз упал на величину более 80% и лишь два раза в последующие годы — на 50%. Причем последнюю просадку 2008 года рынок отыграл очень быстро, после чего не остановился, продолжив рост. Так что даже с учетом необходимости более сильного роста для выхода в ноль американский рынок уверенно позволял быть в прибыли долгосрочным инвесторам. К тому же в их пользу играл еще один момент, о котором будет рассказано в конце статьи.

А пока обратимся к другим рынкам. Европейский рынок с середины 70-х показывал очень мощную динамику роста вплоть до образования Евросоюза в 2000 году — долгосрочные инвесторы могли сказочно обогатиться за это время. В сети можно найти историю о шведском бомже Курте Дегермане, который оставил изумленным родственникам (вернее, навещавшему его двоюродному брату, которому тем не менее после суда отошла только пятая часть) состояние в 1.4 миллиона долларов — как выяснилось, он 30 лет скупал акции лучших шведских компаний. Однако бомж с начала 2000 года вряд ли сможет похвастаться такими результатами, хотя в убытке при той же стратегии точно не будет. Посмотрим теперь на динамику развивающихся рынков — для которых, к сожалению, надежная статистика заметно короче:

 

рост и падение развивающихся рынков

 

Представленные результаты хуже американских показателей, однако все равно убедительно свидетельствуют о превосходстве роста — его периоды были длиннее в 2.5 раза, а доходность заметно выше убытков нисходящего тренда. Причем в плане начала нового восходящего тренда последний график более предпочтителен (последние 10 лет с 2007 по 2017 годы почти не позволили инвестору заработать), чем американский, где бычий тренд наблюдается уже довольно давно. Ниже я дополнительно приведу картинку, показывающую корреляцию рынков, т.е. в какие промежутки на каком рынке удавалось бы заработать больше:

 

доходность американских и мировых акций

 

Зарабатываем на волатильности?

Достаточно давно считается, что изменчивость рынка (волатильность) является хорошей возможностью заработка для спекулянтов (трейдеров), тогда как инвестору остается только ждать начала восходящего тренда. Действительно, при линейном боковом движении рынка ни спекулянту, ни инвестору на разнице котировок не заработать — однако означает ли это справедливость первого предложения?

В 2008 году Баффет заключил пари с одним из хедж-фондов, что пассивное инвестирование превзойдет его (хедж-фонда) показатели после периода в 10 лет — т.е. к 2018 году. Волатильность рынков в это время была весьма впечатляющей: в 2008-09 году индекс S&P500 упал до второго по величине показателя за всю историю (50%), после чего начал стремительный подъем, фактически лишь с парой небольших коррекций продолжающийся до сегодняшнего дня. О том, какие реальные результаты показал Баффет и хедж-фонд, можно прочитать здесь.

Итого, большая волатильность совсем не обязательно будет помощником трейдера/хедж-фонда — однако она несомненно окажется на стороне инвестора, который регулярно инвестирует в рынок, вне зависимости от ситуации на нем. За счет чего инвестор при этом оказывается в выигрыше, я писал здесь. Т.е. утверждение Моргана про колеблющийся рынок дает возможность инвестору заработать даже в том случае, если рынок на некотором промежутке вообще не растет (развивающиеся рынки с большим размахом колебаний в этом случае подходят ему даже лучше, чем развитые рынки). Примеры в числах есть по ссылке выше — я напоследок приведу еще один.

Котировки индекса S&P500 без учета дивидендов через 12 лет (2000-2012) оказались на одном уровне, пройдя через два кризиса — пузыря доткомов в 2000 и мировой кризис (недвижимости) в 2008 году. Единоразовое вложение в S&P500 в 2000 году на пике пузыря позволило бы инвестору получить лишь небольшую прибыль (около 2% в год) за счет дивидендов, которые выплачивает, например, биржевой индексный фонд SPY. Однако регулярное вложение раз в год — т.е. разбив начальный капитал на 13 частей и вкладывая ежегодно по одной части — было бы способно добавить к дивидендам вплоть до четверти дополнительного капитала, в зависимости от момента ежегодного вклада. Вывод: даже при равных котировках на большом временном промежутке инвестор способен заработать как на дивидендах, так и на колебаниях, получая конечный доход выше разницы котировок индекса.

 







Подпишись на новые статьи!

Поделиться в соцсетях

Return to Top ▲Return to Top ▲ Яндекс.Метрика