Андрей Швальбе Есть вопросы? Свяжитесь со мной
Просьба по возможности писать вопросы в комментариях к статье. Личный вопрос требует подробного описания ситуации, иначе будет оставлен без ответа.

О прогнозах пессимистов

пессимистичные прогнозы на рынке

О рыночном пессимизме

В силу особенностей рынка и человеческой психологии рыночный пессимизм оказывается такой вещью, которая почти всегда в ходу. С одной стороны, экономика никогда не бывает безоблачной — всегда найдется ряд тех или иных проблем, которые могут привести к кризису. И в общем-то спорить о наличии этих проблем не приходится: дело скорее в том, что влияние проблем может быть разное — не такое сильное, как кажется автору или же проблема просто решится (ее решат) до того времени, как она сможет привести к заметным негативным последствиям.

Другая проблема лежит в человеческой психологии — резко негативные прогнозы производят на нее заметно более сильное впечатление, а значит, помогает автору выделится в толпе. Поскольку кризис явление циклическое, то даже не угадывая со сроками, автор может в конце концов сказать: «Ну я же говорил! Только это случилось позже». В то же время просто осторожный оптимизм не привлекает к себе внимания, а ошибка (в отличие от первого случая) способна полностью угробить репутацию аналитика.

Так или иначе, в случае любого прогноза вероятность угадать дату и глубину кризиса лежит в области подбрасывания монетки — фундаментальный анализ хотя и способен выявить ряд объективных проблем, но никогда не скажет, в какой срок они приведут к заметному падению индексов. Для инвестора же это значит, что ждать начала предсказанного кризиса (чтобы начать инвестировать на дне) можно порой очень долго, теряя возможность заработать.

спад на рынке

Вот простые примеры. Отгремел связанный с ипотечным пузырем 2008 год (см. фильм «Игра на понижение»), а в начале марта 2009 американский индекс зафиксировал просадку 50% от максимальных позиций 2008. Однако уже к концу 2009 индекс показал явную тенденцию к восстановлению; тем не менее испуг последних месяцев дал себя знать и отразился на толпе и аналитиках. Например, известный инвестиционный аналитик Societe Generale Альберт Эдвардс в 2010 году прогнозировал новую «кровавую, глубокую рецессию», которая повлечет за собой обвал фондового рынка по крайней мере на 60%. Дальнейшие действия банков на его взгляд должны были спровоцировать рост цен, что повлечет за собой инфляцию на уровне 20-30%.

Пользовался популярностью лондонский аналитик Боб Дженджуа, чьи прогнозы, по мнению некоторых экспертов, являлись даже более пессимистичными, чем предсказания А. Эдвардса. «Даже я впадаю в депрессию, когда читаю его материалы!» — признавался сам Эдвардс. Предрекал глобальную рецессию и другой известный эксперт Нуриэль Рубини; российский аналитик И. Беккер в 2011 писал о том, что «фондовые рынки рушатся» и призывал искать убежище в защитных активах, многие из которых с 2011 по сегодняшний день показали либо скромный, либо и вовсе отрицательный результат.

Интереснее всего то, что такие прогнозы были сделаны не после долгого роста рынков, а тогда, когда этап восстановления котировок еще только добрался до середины — послушав подобные предсказания и выйдя из рынка до «лучших спокойных времен» можно было пропустить отличную пятилетку роста, на которой американский рынок в среднем выдал около 15% годовых. Тогда как по прогнозу Дженджуа экономический рост в развитых странах в среднем должен был лишь немного превышать 1% в течение ближайших пяти лет.

Более ранние ситуации отличались только в деталях. В период 1979-1981 года, когда быстрыми темпами росла нефть и инфляция, в США было написано множество книг с предсказаниями депрессии, гиперинфляции и краха доллара. Как минимум, многие известные инвесторы говорили о достижении стабильного уровня инфляции порядка 8% в год на протяжении следующих 10-20 лет. Нужно было быть очень смелым, чтобы имея серьезный авторитет, отстаивать перспективы будущего сильного роста — который на самом деле и случился.

В декабре 2004 года, после падения курса доллара, практически все ведущие издания вышли со статьями, предрекающие его крах и призывающие вставать в короткую позицию по этому инструменту. По словам Бартона Биггса, к тому времени имевшего почти полвека опыта на рынке, происходившее напоминало настоящее безумие. Между тем спустя небольшое время доллар укрепился примерно на 10% к основным валютам — так что вставшие в короткую позицию по доллару (в том числе даже Уоррен Баффет) потеряли в зависимости от принятых рисков ту или иную сумму.

Однако стоит признать и возможности кризиса, который может быть очень затяжным. Великая Депрессия, в результате которой индекс Доу-Джонса смог вернуться на позиции 1929 года только через 20 лет, известна практически каждому. 30 мая 1965 года индекс Доу-Джонса закрылся на отметке в 912 пунктов, которой также предшествовал сильный многолетний рост; между тем 70-е годы стали для политики и экономики США самым депрессивным периодом с конца второй мировой по настоящее время. Происходили политические скандалы и демонстрации; инфляция в 1974, 1979 и 1980 году оказывалась на уровне 13%, т.е. на уровне российского показателя 2015 года.

В 1981 году индекс все еще был на отметках 16-летней давности — но всплески инфляции привели к тому, что несмотря на выплату дивидендов, Доу-Джонс потерял более половины свой стоимости по сравнению с 1965 годом. Хотя перегрев к 1965 году был довольно заметен, мало кто мог предполагать, что замедление станет столь долгосрочным и будет сопровождаться такими сильными инфляционными процессами. По сути, перегрев может тянуться неопределенно долго, как и стагнация рынка, следующая после него — и прогнозы аналитиков тут практически бессильны.

Поэтому лучшим инвестиционным решением можно считать разумную диверсификацию по рынкам и активам, в частности между акциями и облигации, а также стратегию усреднения (о которой здесь). Выполнение этих простых правил ведет к доходности, обгоняющей инфляцию; а попытка следовать тем или иным тенденциям плохо заканчивается для портфеля. Хорошей иллюстрацией служит Йельский университет, основанный еще в 1701 году. В 1920-е, на бычьем американском рынке, фонд имел много длинных позиций в акциях, за что и поплатился во время кризиса 1929 года.

После этого фонд принял постановление, по которому доля акций не могла составлять более трети портфеля — и пропустил 20 лет роста рынка с конца 40-х до конца 60-х, сопровождавшихся, однако, мощным падением цен на рынке облигаций. К концу 60-х фонд пересматривает свои ограничения и набирает в штат менеджеров, ориентированных на растущие акции — и делает это прямо накануне долгосрочного медвежьего рынка. С учетом инфляции за 10 следующих лет фонд потерял около половины средств. У схожего крупного фонда Форда в заметке 1980 года дело дошло до самой острой самоиронии над своими действиями:

ironie

С кризисом связана и другая ситуация. Если аналитики с помощью мрачных прогнозов пытаются выделиться из толпы, то у владельцев и управляющих хедж-фондами стоит прямая задача в привлечении капитала. Стабильно растущий рынок для них — бедствие, поскольку инвестор получает отличный процент при пассивном инвестировании без их участия. А значит, выгодно убедить инвесторов в грядущем падении, заработать на котором сможет только хедж-фонд.

Тем не менее результаты показывают, что многие хедж-фонды в кризис также терпят убытки, хотя могут в этом случае немного превосходить индекс. Рауль Пол, бывший эксперт Goldman Sachs и глава хедж-фонда, нашел множество последователей, в свое время опубликовав аналитическую заметку, в которой спрогнозировал новую депрессию в США и банкротство Великобритании. Кажется, Англия пока что еще на плаву…

 

Вывод

Кризисы приходят и уходят — рост котировок на долгосрочном периоде остается, хотя рынки по-разному реагируют на депрессии, восстанавливаясь в различные сроки. Да, в теории можно начать инвестировать накануне кризиса и потратить несколько лет — в зависимости от агрессивности портфеля и отскока рынка — на восстановление первоначального капитала. Однако стратегия ожидания кризиса для входе на минимуме может быть еще хуже, поскольку при ней теряется как время вашей собственной жизни, так и время для заработка.

Хотя вполне логично при вступлении на рынок после долгосрочного роста сделать консервативный портфель, не ставя на то, что рост будет продолжаться вечно — для этого и существуют портфельные инвестиции с различными инструментами и стратегией, построенной как на росте дивидендов, так и росте котировок. Во время кризиса компании с целью удержания клиентов, чье бегство вызывается падением котировок, нередко начинают платить увеличенные дивиденды — факт, который часто не учитывается при рассмотрении «голых» котировок индексов для оценки их перспективности.

Поделиться в соцсетях

Подписаться на статьи






 
Optimized with PageSpeed Ninja